Киргизия — исторически страна кочевников и животноводов. Умение и навыки обращения с лошадьми, овцами, козами в высокой степени развиты у местного населения. Даже мои знакомые из Бишкека, ведущие банкиры и политики страны, хотя бы один раз в жизни, но резали барана лично, а также помогали родственникам пасти скот и ухаживать за ним.

Киргизия
Иван Шилов © ИА REGNUM

Эксперт-экономист, заместитель председателя правления Российско-Кыргызского Фонда развития Олег Кудяков в статье для ИА REGNUM рассказал о роли овцеводства в Киргизии и перспективах развития отрасли.

 

Среди наиболее типичного крупного и мелкого рогатого скота, разводимого в Киргизии, можно отметить лошадей, овец, коров, яков, коз и других. При этом овцы, являются наиболее массовым скотом для разведения здесь.

Жизнь в стране до сих пор во многом строится вокруг овец и баранов. С бараном связано много обрядов, культов и культурных традиций. Он является и основой питания, представленного в различных блюдах, и сырьем для одежды, и основой для национальных узоров и внутренних орнаментов.

Ни один из приемов уважаемых гостей не обходится без угощения из барана, это must have любого уважающего себя хозяина. Обычно барана забивают при госте, чтобы показать уважение к нему. Каждый уважающий себя киргиз демонстрирует великолепное знание анатомии барана, что связано с обычаями гостеприимства. С приоритетностью распределения каждой из двенадцати костей барана, связаны особые правила, нарушение которых может привести к оскорблению гостя, его ухода с праздника и даже прекращению отношений между родами.

Каждый гость, по киргизским обычаям, должен получить определенную кость с куском мяса на ней, в ход идет все, вплоть до головы барана, которую подают самому важному гостю. Баран состоит из двенадцати костей, поэтому если количество гостей больше, то требуется забить еще одного. Не раз я лично присутствовал на тоях, где глаза животного передаются наиболее уважаемым людям, а уши — младшим для послушания.

 

На больших тоях (праздниках), кости барана выносятся уже в самом конце вечера, после чая и сладкого, самым торжественным образом. Обычно выходит строй из официантов, которые под музыку разносят барана, на каждый стол. Такое мясное угощение под завершение вечеринки называется «устукан». Гости обычно забирают его с собой, что исторически связано было с давними кочевыми традициями, при которых гости обычно приезжали издалека и должны были иметь провиант для возвращения домой.

Мои знакомые делились со мной впечатлениями о поездках по стране, в частности на озеро Иссык-Куль, еще в советское время. Одним из примечательных пунктов, общим для всех историй, было воспоминание о бесконечных стадах овец, бредущих с выпаса вдоль дорог. При этом, если время поездки совпадало с возвращением овец с выпаса или выгона на выпас, автомобилистам приходилось останавливаться и достаточно долго ждать, пока большие стада не пересекут дорогу.

Отара овец на дороге
Отара овец на дороге
Андрей © ИА Красная Весна

Действительно, в 1990 году численность овец в Киргизии составляла около 10 млн голов, при этом доля овец тонкорунной породы составляла до 90% от общего поголовья. Мериносы давали ценную шерсть, из которой производилась тонкая пряжа для дальнейшего изготовления шерстяных изделий. В стране работало множество цехов по первичной обработке шерсти, несколько прядильных производств, а также крупные фабрики по производству готовых изделий из тонкорунной пряжи, в том числе Бишкекский камвольно-суконный комбинат (на котором работало около 3 тысяч человек), отправлявший продукцию на экспорт в Европу. Такое подключение к производству собственной сырьевой базы давало занятость большому количеству населения. Общий объем производства шерсти в стране составлял около 40 тысяч тонн в год, при этом более 90% шерсти относилось к тонкой и полутонкой. Большая часть этой шерсти перерабатывалась в Республике.

 
 

Основными регионами обитания мериносов являлись высокогорные районы Нарынской и Иссык-Кульской области, имеющие наиболее высокий потенциал пастбищного содержания животных. В основном овцы содержались в государственных (4,2 млн голов) и коллективных хозяйствах (3,8 млн голов). В личных подсобных хозяйствах населения находилось тогда всего около 2 млн овец. Заботились о мериносах очень тщательно, регулярный ветеринарный уход, вакцинация, специальные сбалансированные корма с включением фруктов и овощей в холодное время, регулярное купание, содержание в утепленных кошарах. Если в России студентов направляли, как правило, на сбор картошки и других сельскохозяйственных культур, то в Киргизии студенты участвовали в подсобных работах в животноводческих хозяйствах, стрижке овец, уходе за ягнятами и т. д. Мой знакомый рассказывал, что забота о мериносах было гораздо больше, чем о человеке. «Если ты заболеешь, это ерунда, а если заболеет меринос или, не дай Бог, в стаде начнется эпидемия, то это чрезвычайная ситуация, грозящая очень неприятными последствиями для всех сотрудников».

В стране с участием генетиков и биотехнологов велась полномасштабная селекционная работа по улучшению породы и увеличению настрига. Селекционерами была выведена сначала кыргызская тонкорунная порода, затем, для получения шерсти высшего качества путем скрещивания кыргызской тонкорунной породы и австралийского комолого мериноса, была выведена местная тонкорунная порода овец «кыргызский горный меринос».

Катастрофа для мериносов наступила с распадом Союза. Почти все селекционные работы были приостановлены, многие опытные сотрудники покидали страну. Крупные колхозы и государственные хозяйства перестали существовать, пастбища и стада были разделены на множество мелких крестьянских (фермерских) хозяйств. Последние не смогли обеспечить необходимый уход и содержание тонкорунных овец. Также, из-за разрушения производственно-сбытовых цепочек, закрылся ведущий в стране камвольно-суконный комбинат.

 

Спрос на шерсть резко упал, прежние клиенты переориентировались на другие страны. В этих условиях мериносов не могла ждать другая судьба, кроме как быть съеденными. Уже к 2000 году численность поголовья овец сократилась с 10 млн до 3,8 млн голов — более чем на 60%. При этом тонкорунные овцы стали составлять гораздо меньшую долю в общем поголовье, произошло ухудшение породы, ее скрещение с обычными овцами. В силу этого шерсть мериносов стала более «замусоренной», с вкраплением черных волос и т. д., что выразилось в снижении цены на менее качественный продукт. К 2017 году общее поголовье овец стало подрастать и составило уже около 6 млн голов, но настоящих тонкорунных овец насчитывалось менее 1% от поголовья.

Понимая значимость и важность разведения овец для местного населения с точки зрения его занятости и повышения его доходов в регионах, сложившихся исторических традиций населения, а также для создания собственной сырьевой базы для легкой промышленности, наш Российско-Кыргызский Фонд развития изучил ситуацию с состоянием овцеводства в республике. Мы искали возможности поддержать производство переработчиков местной шерсти, а также обеспечить их собственной качественной сырьевой базой.

 

Проанализировав ситуацию, мы определили множество сдерживающих факторов развития тонкорунного овцеводства в Киргизии. В частности, нет статистики общего количества овец в разрезах регионов, отсутствуют данные по пастбищам в разрезе территорий и хозяйств, наблюдается деградация пастбищ, существуют проблемы с выпасом у текущих хозяйств, наблюдается ухудшение качества основного поголовья тонкорунных овец, отсутствует система реализации продукции овцеводства, отсутствуют стабильные рынки сбыта, на предприятии по переработке шерсти используется устаревшее морально и физически оборудование и технологии, существует острая нехватка кадров в отрасли.

 
 
 

Фактически наши исследования выявили, что в настоящее время речь должна идти о создании всей отрасли заново.

Для отдельного фонда такая задача непосильна, восстановление отрасли и ее системное развитие — глубоко комплексная задача, к которой обязано подключиться государство. Проведенные переговоры с министерством сельского хозяйства Киргизии не выявили интереса местных чиновников к системному развитию. От нас обычно просили выделить грантовые средства на разовые закупки определенных аппаратов класса анализаторов шерсти или на баранов-производителей, при этом никак не обозначая планов действий со своей стороны.

Овцы
Овцы
Андрей Грук © ИА Красная Весна

Несколько разочаровавшись в отсутствии системных планов у профильного министерства, мы решили пойти по пути поддержки отдельных существующих переработчиков шерсти и через них обеспечить заказы фермерам на шерсть мериносов. Предварительно мы посетили отдельные хозяйства в Иссык-Кульской и Нарынской областях, пообщались с животноводами, имеющими относительно крупные поголовья мериносов. По их словам, ситуация с закупками шерсти была крайне нестабильная. Китайцы, являющиеся основными покупателями еще не обработанной шерсти, снизили цену приема шерсти, а в предшествующий год вообще не приезжали и не проводили закупок. Спрос на шерсть на внутреннем рынке практически отсутствовал. В таких условиях фермеры заявили нам о невыгодности разведения и содержания мериносов и о планах перейти на выращивание мясных пород овец, спрос на которые существовал. С другой стороны, скотоводы сообщили о готовности предоставить крупный объем тонкорунной шерсти при обеспечении спроса от 250 сомов (245 рублей — прим. ИА REGNUM) за килограмм шерсти мериносов.

 
 

В Киргизии на тот момент существовало единственное оставшееся с советского времени прядильное предприятие, располагавшее необходимыми мощностями (находившимся в аренде), собственной небольшой лабораторией и штатом опытных сотрудников, но работавшее в части переработки шерсти крайне эпизодически, в основном при поступлении заказов на давальческом сырье. Это предприятие с нашей финансовой поддержкой уже расширило вязальное производство, достаточно успешное, но построенное полностью на импортном сырье.

Вообще, необходимо отметить, что все киргизские швейные и трикотажные производства работают на импортном сырье. Основные поставщики трикотажного полотна — Турция и Узбекистан, пряжа (в основном акриловые и смесовые волокна) поступает из Белоруссии и Турции, ткани (текстильное полотно) приходят в основном из Китая и в меньшей степени из Турции и Кореи.

Фабрике по производству пряжи мы предложили длинные сроки финансирования и льготные даже для нашего фонда условия, включающие грантовый компонент, в случае, если они запустят производство гребенной ленты (топса), промежуточного продукта из шерсти, служащего основой для дальнейшего производства пряжи, на собственной сырьевой базе. Также со своей стороны мы готовы были оказать услуги по содействию размещения заказов от российских прядильных фабрик. Предварительный маркетинг, который наши специалисты провели с российскими прядильными фабриками, показал наличие предварительных заказов с их стороны.

 

Одной из проблем также являлось то, что в стране не существует аккредитованной лаборатории по проверке качества шерсти. В этой связи российские заказчики справедливо интересовались у нас, каким образом фабрика будет подтверждать качество своей продукции. Потенциальные заказчики были уже осведомлены о невысоком качестве шерсти местных мериносов, ее высокой «замусоренности». Тем не менее они готовы были попробовать переработать первую партию и запросили пробную продукцию, цена их устроила. Мы просчитали экономическую составляющую, и расчеты показали выгодность производства топса для всех участников цепочки, начиная от фермеров и заканчивая его производителем.

К сожалению, производства гребенной ленты (топса) из местной шерсти так и не получилось. Хозяева единственного в Киргизии прядильного производства решили закрыть его и развивать более успешный вязальный бизнес, построенный уже на импортном сырье. Думаю, что такое решение было связано со сложными отношениями между этими производственниками и арендодателем, в чьей собственности находились прядильные станки. Собственник не планировал каких-то инвестиций в устаревшую производственную базу, в том числе помещение фабрики, требующее срочного ремонта крыши и других расходов на инфраструктуру. С другой стороны, такое решение во многом объяснялось низким качеством собственного сырья, необходимостью выстраивать заново маркетинг продукции.

В условиях более выгодного и успешного вязального бизнеса это решение собственников являлось рыночным. Но вместе с тем было обидно, что мы являемся свидетелями закрытия единственного оставшегося производства пряжи в стране, на которое мы рассчитывали в части заказов местным фермерам. Это означало, что оставшееся в Киргизии небольшое поголовье мериносов в количестве 54 тысячи голов, скорее всего, в ближайшие годы сильно уменьшится в размерах.

 
 

Несмотря на плачевную текущую ситуацию, я убежден в том, что при грамотном системном подходе тема выращивания мериносов и переработки их шерсти имеет большие перспективы.

Киргизия обладает большим пастбищным потенциалом (9 тысяч гектаров), исторической склонностью и умением населения заниматься разведением овец тонкорунной породы, достаточным количеством естественных кормовых угодий. Уникальные природно-климатические факторы позволяют разводить мериносов в большом количестве и отличном качестве. Положительный опыт советского времени, когда была полностью построена кластерная цепочка — от собственной сырьевой базы до производства изделий из шерсти, также указывает на возможности и большой потенциал развития местного тонкорунного животноводства.

Овечья шерсть
Овечья шерсть
U.S. Department of Agriculture

Рядом находятся мощные соседи в лице России и Китая, которые готовы забирать большие объемы, как необработанной шерсти хорошего качества, так и продукции из нее. Импортеры тонкорунной шерсти за прошедшее десятилетие в среднем ежегодно приобретают около 700 тысяч тонн, из которых около половины забирает Китай. На этом фоне даже 40 тысяч тонн, производимые в советское время, не кажутся огромной величиной.

 

Для воссоздания отрасли потребуется принятие государственной программы развития тонкорунного овцеводства, осознание всех текущих проблем и необходимых шагов по их устранению. Потребуется провести работу по улучшению генофонда и увеличению количества тонкорунных овец, увеличить количество племенных хозяйств, принять меры по обеспечению тонкорунного овцеводства кормовой базой, обеспечить ветеринарный контроль производимой продукции в соответствии с международными стандартами, создать аккредитованные лаборатории по проверке качества шерсти, выстроить цепочку добавленной стоимости от выращивания овец до продажи изделий из шерсти.

Столь комплексная работа потребует сочетания совместных усилий правительства Киргизии, институтов развития, международных операторов рынка, предпринимателей, местных фермеров, инфраструктурных организаций.